Заказать обратный звонок

Отправьте нам свой номер телефона и мы Вам обязательно перезвоним!

Заказать звонок

Единый центр

  • Главная
  • Новости
  • Трудовой прогноз: почему украинский рынок могут занять вьетнамцы

Трудовой прогноз: почему украинский рынок могут занять вьетнамцы

На украинском рынке рабочей силы складывается все более парадоксальная ситуация. С одной стороны, имеем достаточно высокий уровень безработицы. Как утверждает Госстат, в первом полугодии 2017 года до безработных (по методологии Международной организации труда) отнесли 10% трудоспособного населения Украины. К этому нужно добавить вынужденной неполной занятости. Во втором квартале 2017 Госстат насчитал 2,7% штатных работников, переведенных на неполную рабочую неделю по экономическим причинам или отправленных в отпуска без сохранения заработной платы из-за прекращения работ, пишет “Власть денег”.

Но, с другой стороны, во многих регионах обостряется дефицит кадров по ряду профессий. Госслужба занятости сообщает, что за последний год количество вакансий в сельском хозяйстве, перерабатывающей промышленности, строительстве, торговле выросла на 40-60%, а наиболее дефицитная профессия – водитель автотранспорта.

Главной причиной растущей нехватки кадров является трудовая миграция. Причем если раньше наибольшее количество украинских кадров поглощалось Россией, то за последние четыре года поток работников из Украины в российском направлении заметно ослабел, но одновременно резко усилилась миграция в страны ЕС.

   Почему Польша стала привлекательной

Уже лет десять в Интернете гуляют “страшилки” о якобы 7 млн ​​украинцев, выехавших на заработки в другие страны. Даже с учетом нелегальной миграции эти цифры завышены в несколько раз. Завсектором миграционных исследований Института демографии и социальных исследований им. М. В. Птухи НАН Украины Алексей Позняк оценивает численность всех трудовых мигрантов из Украины в 2,2-2,3 млн человек. Что же касается направлений миграции, то, по его словам, если брать всю миграцию, РФ может до сих пор занимать первое место из-за оттока туда жителей Донбасса, а если брать классическую трудовую миграцию, на первое место, вероятно, вышла Польша.

Однако понять, сколько украинский работает в Польше, тяжело. “Можно привести лишь оценочные данные, – говорит Позняк. – Количество разрешений на работу – 950 тыс. Но я нашел исследования польских ученых, которые дают оценку в 770 тыс. Человек. Почему? Во-первых, в течение года один человек может получить два разрешения. Во-вторых, не каждый разрешение используется. Поэтому я склоняюсь к цифре в 770 тыс. Человек “.

Кстати, Евростат тоже не имеет данных из Польши о количестве мигрантов из разных стран мира, хотя большинство стран ЕС такие сведения предоставляют. По информации Евростата, на начало 2016 года в Италии проживало 230,7 тыс. Граждан Украины, в Чехии – 112 тыс., в Португалии – 35,8 тыс. Если учесть нелегальную трудовую миграцию, реальные цифры могут быть значительно выше.

Можно ожидать дальнейшего увеличения миграционного потока украинцев в западном направлении по той простой причине, что украинцев там ждут. Например, в той же Польше наблюдается жесточайший дефицит кадров, вызванный массовой трудовой миграцией поляков в богатые европейские страны. По данным Евростата, на начало 2016 года в Великобритании насчитывалось 931,7 тыс. граждан Польши, в Германии – 703,8 тыс., в Ирландии – 124,6 тыс., в Нидерландах – 110,9 тыс., в Норвегии – 99 5 тыс., в Швеции – 50,8 тыс., в Дании – 35,3 тыс. И если Польша при этом умудряется показывать экономический рост, то в значительной степени это заслуга украинских работников, которые заполняют кадровый дефицит в западных соседей.

Вряд ли в ближайшее время привлекательность Польши снизится. Наоборот, туда будет отправляться все больше украинцев, в том числе тех, кто раньше зарабатывал в России. Главным стимулом служит экономический фактор. Российские зарплаты, если пересчитать их в евро, за последние четыре года сильно упали и не имеют перспектив роста, пока Россия под международными санкциями за аннексию Крыма и оккупацию Донбасса. Между тем польские зарплаты давно обогнали российские и растут дальше, при этом дефицит кадров не ослабевает. По свежим данным польской статистики, в частном секторе экономики Польши за год средняя зарплата выросла на 7,4% и достигла в октябре 4574 злотых, что эквивалентно 1084 евро и вдвое превышает российский показатель (по данным Росстата, в третьем квартале среднемесячная зарплата в РФ составила 37,7 тыс. руб., что эквивалентно 544 евро). В то же время в ряде польских отраслей более 30% фирм, а в строительстве – 45% заявляют о нехватке квалифицированных работников.

Очевидно, Украине нужно думать о том, как заполнить кадровый дефицит у себя и уменьшить трудовую эмиграцию. Вот только очевидных простых способов решения этой проблемы нет, придется комбинировать какие-то варианты.

   Вариант первый: стимулировать рождаемость

Прежде всего может прийти на ум повышение рождаемости. Вообще-то, это дело нужное хотя бы потому, что Украина вымирает. Коэффициент фертильности в последние 10 лет держится около 1,5 (в 2016 г., по данным Госстата, он составил 1,47, без учета данных по Крыму, Донецкой и Луганской областях). Иными словами, в среднем в четырех украинцев (двух брачных пар) при жизни рождается трое детей, а значит, с каждым поколением населения сокращается на четверть. Если бы удалось увеличить коэффициент фертильности в 2-2,1, что стабилизировало бы численность населения, то через 20 лет приток украинской молодежи на рынок труда увеличился бы на треть.

Однако нет никакой гарантии, что этот приток отправится именно на украинский рынок труда, а не на польский, чешский, итальянский или португальский. Поэтому стимулирование рождаемости само по себе не сможет решить проблему оттока трудовых ресурсов, хотя и позволит со временем ее смягчить.

Кроме того, в краткосрочной перспективе стимулирования рождаемости угрожает, наоборот, еще большим ухудшением ситуации на рынке труда. Действительно, молодые женщины обычно воздерживаются от беременности и материнства именно в тех случаях, когда они имеют работу. И если все они вдруг решат завести первого или (если один уже есть) второго ребенка и пойдут в отпуск (сначала декретный, а затем по уходу за ребенком до трех лет), то их просто некем заменить. А гипотетических увеличений к украинским трудовых ресурсов эти дети дадут только через 20 лет.

   Вариант второй: стимулировать рост зарплат

Более прямое отношение к проблеме оттока трудовых ресурсов имеет уровень доходов населения. Действительно, чем меньше будет разрыв в зарплатах между Украиной и той же Польшей, тем меньше будет стремление украинцев ехать туда на заработки.

Однако возможности влиять на уровень зарплат в стране у власти ограничены. Парламент может повышать минимальную зарплату, правительство может поднимать зарплаты в госсекторе. Но это не так уж сильно повлияет на типичные зарплаты в промышленности, строительстве, сфере услуг, торговли, то есть в тех отраслях украинской экономики, которые в основном находятся в частных руках. А именно оттуда и бегут работники за границу.

Еще способ: усиливать профсоюзы, чтобы работники забастовками выбивали себе повышение зарплат. Но украинцы скорее будут мигрировать на Запад, чем бунтовать здесь.

Фактически остается надеяться, что стимулом для повышения зарплат станет именно ситуация на рынке рабочей силы. То есть украинские компании должны увидеть, что они платят очень мало и поэтому проигрывают в конкурентной борьбе за украинскую рабочую силу польским фирмам.

Получается, что этот вариант сводится к тому, чтобы пустить все на самотек и ждать, когда “свободный рынок сам исправит все диспропорции”. Однако ждать придется вечно: пока наши фирмы будут потихоньку повышать зарплаты, польские будут поднимать их тоже, и разрыв будет оставаться неизменным или даже увеличится.

   Вариант третий: ждать, когда наших работников выгонят из ЕС

Впрочем, нельзя исключать, что работники сами начнут возвращаться в Украину. Не потому, что их увлекут повышенные зарплаты на родине, а потому, что в странах ЕС они станут нежелательными гостями.

В принципе для этого необязательно, чтобы на уровне Евросоюза или отдельных стран ЕС принимались какие-то жесткие меры с целью сокращения и предотвращения трудовой миграции из Украины. Эту грязную работу может взять на себя новая промышленная революция: все эти работы на заводах и складах, такси и грузовики без водителей, 3D-технологии в строительстве и т.д., которые снижают потребность в работниках.

Понятно, что сначала эта революция распространится в наиболее высокоразвитых странах Западной Европы. Там будут избавляться работы заезжих работников из более бедных европейских стран. Если поляки, работающие сейчас в Великобритании, Германии, других западноевропейских странах, вернутся домой, то в Польше резко снизится потребность в украинской рабочей силе, и украинцам придется возвращаться в Украину. Но есть два фактора, которые существенно ослабят этот процесс.

Во-первых, поляков не так-то легко спровадить из Западной Европы, а украинцев – из Польши. Многие пытаются жениться или выйти замуж в стране пребывания, чтобы остаться там навсегда.

Во-вторых, западные европейцы считают главной проблемой мигрантов не из других стран Европы, а из Азии и Африки, прежде всего турков и арабов. Также и поляков гораздо больше пугает перспектива миграции азиатов, чем украинцев. Все-таки этническая и ментальная близость очень важна.

В подтверждение можно привести совсем недавнюю историю. В конце сентября Еврокомиссия предложила создать новую программу ЕС, в рамках которой в ближайшие два года в страны ЕС было бы переселено сравнительно небольшое число – 50 тыс. – беженцев, нуждающихся в международной защите. 13 октября эту инициативу обсудили в Люксембурге министры внутренних дел стран ЕС. Как сообщило польское информагентство PAP, министр внутренних дел Польши Мариуш Блащак заявил, что Польша не будет брать мигрантов в рамках этой программы.

“Мы не будем заявлять о принятии беженцев, потому что уже приняли украинцев, находящихся в Польше”, – пояснил Блащак. Он сказал своим коллегам-министрам, что в Польше насчитывается более 1 млн украинских граждан, некоторые из них таким образом укрылись от войны после вторжения России в их страну, а остальные являются экономическими мигрантами. “Украинцы, в отличие от мусульман, очень хорошо интегрировались”, – сказал Блащак и напомнил, что “мусульманские общины на западе Европы десятилетиями не интегрировались с европейцами”.

Если заглянуть в отчеты Еврокомиссии по проблеме мигрантов, например, в последний отчет, датированный 15 ноября, то там украинцы вообще не фигурируют, хотя упоминаются мигранты из стран Азии и Африки, а также Восточных Балкан (прежде всего Албании и Косово). То есть беженцы и трудовые мигранты из Украины вообще не воспринимаются в ЕС как серьезная проблема, очевидно, именно потому, что они не создают серьезных проблем.

Напрашивается вывод: даже если работы, искусственный интеллект, индустриальный Интернет и другие чудеса новой промышленной революции приведут к резкому сокращению потребности Европы в рабочей силе и вызовут волну вытеснения трудовых мигрантов из ЕС, то украинских мигрантов это коснется в последнюю очередь. Более того, вполне вероятно, что страны ЕС будут не выгонять украинцев, а, наоборот, приманивать их, чтобы не допустить слишком сильного разведения своего населения выходцами из Азии и Африки.

   Вариант четвертый: стимулировать трудовую миграцию в Украине

Учитывая все вышесказанное, может оказаться, что Украине не останется другого выбора, кроме как приглашать трудовых мигрантов к себе. Действительно, если нам не хватает работников определенных профессий, почему бы не восполнить этот дефицит кадрами из стран, где есть избыток дешевой рабочей силы. Ведь именно так и делают многие страны Европы.

На первый взгляд, проще привлекать, условно говоря, вьетнамцев. То есть жителей тех стран, которые по уровню и темпам экономического развития заметно отстают от Украины. Кстати, украинской власти не обязательно как-то сильно стараться, чтобы привлечь трудовых мигрантов оттуда. Это будут делать сами украинские фирмы, если им сильно захочется найти работников. А украинской власти достаточно лишь легализовать и упростить этот процесс.

Для фирм это будет намного выгоднее, чем повышать зарплаты, чтобы привлекать украинских работников. Если ликвидировать дефицит трудовых ресурсов, то необходимость увеличивать расходы на оплату труда вообще исчезнет.

Чтобы оценить возможную потребность в мигрантах, обратимся к прогнозу World Population Prospects, над которым постоянно работает, регулярно его обновляя, отдел народонаселения Департамента ООН по экономическим и социальным вопросам. Если фертильность сохранится на нынешнем уровне, то за 20 лет (до 2037-го по сравнению с 2017-м) число жителей Украины сократится на 5800000 (а население того же Вьетнама, наоборот, вырастет на 14200000) . В другом сценарии, который предусматривает снижение фертильности, число жителей в Украине за 20 лет сократится на 6900000. Именно это случится, если у нас повсеместно воцарится модель семьи с одним ребенком, уже утвердилась в крупных городах.

Если добавить к этим цифрам уже имеющийся дефицит трудовых ресурсов, а также учесть возможный дополнительный отток украинских работников в страны ЕС, то можно спрогнозировать, что через 20 лет Украина потребует 10 млн условных вьетнамцев – скромных в своих запросах и трудолюбивых. Весьма вероятно, что в то время их столько и будет в Украине. И они будут вносить очень значительный вклад в украинский экономический рост.

Однако необязательно ограничиваться условными вьетнамцами. Можно позвать на помощь китайцев. Правда, китайских работников, скорее всего, не устроят украинские зарплаты. Но можно приглашать не просто китайских работников, а китайские фирмы со своими работниками. И тогда оплата труда уже будет проблемой этих китайских фирм.

Особенно интересует китайцев украинский аграрный сектор. Это неудивительно, поскольку Украина сейчас является одним из главных поставщиков кукурузы на китайский рынок. И если наши возможности наращивать производство сдерживаются нехваткой сельхозработников, то китайские агрокомпании с радостью готовы арендовать у нас земли и привезти своих работников со своей техникой.

Конечно, привлечение условных вьетнамцев, как и китайцев, сильно изменит демографическую ситуацию в Украине. Формально азиатские работники не получат статуса постоянных жителей, тем более, что часть из них будет приезжать только на сезонные работы. Смешивание украинского населения с трудовыми мигрантами (через браки или случайные связи) будет незначительным и не составит угрозу украинской национальной идентичности. Однако в городах возникнут и будут расти поселки и кварталы азиатов, а в сельской местности – азиатские деревни. И даже если их жители будут после нескольких (или многих) лет работы возвращаться на родину, сами эти поселения со всей их инфраструктурой будут полностью постоянными, а не временными, и превратятся в неотъемлемую часть украинской экономики и украинского социума. К тому же в этих азиатских поселениях неизбежно будут рождаться дети, которые, видимо, смогут получить украинское гражданство.

   Возможны комбинации

На данный момент из всех вышеописанных четырех вариантов, наиболее вероятным выглядит последний, то есть привлечение работников из Азии. Просто потому, что он требует наименьших усилий от украинской власти и наиболее выгодный украинским фирмам.

Если же украинскому обществу хочется избежать такого развития событий или хотя бы его замедлить, то это очень непростая задача. Например, можно попробовать скомбинировать первый вариант (больше рожать детей) и второй (добиваться повышения зарплат). Стимулирование рождаемости обещает прирост кадров в будущем, но грозит сокращением числа занятых в экономике сейчас (молодые женщины, вместо того чтобы работать, будут рожать и воспитывать детей). Это можно компенсировать повышением зарплат, которое сделает более привлекательной работу в Украине для тех украинцев, кто отправился на заработки за границу или строит такие планы. И в результате получится положительный эффект для украинского рынка труда как в кратко-, так и в долгосрочной перспективе. Однако реализовать такую ​​комбинацию будет очень трудно, поскольку на госпрограммы стимулирования рождаемости необходимо тратить большие деньги из госбюджета, а для этого нужно увеличивать налоги, что приведет к снижению зарплат вместо их повышения.

Что же касается третьего варианта, который говорит об эффектах новой промышленной революции, то его нужно быстрее воспринимать как урок и напоминание о том, что мир сейчас быстро меняется. Совсем не обязательно ждать, пока новейшие технологии закрепятся сначала в Западной Европе, затем в наших западных соседей и только потом дойдут до нас. Нужно сразу брать пример с таких стран, как Япония, которые проблему дефицита трудовых ресурсов решают не завозом мигрантов, а внедрением робототехники. В частности, еще в прошлом году японское министерство сельского хозяйства начало социально-экономическую программу, нацеленную на замену роботами фермеров, уходящих на пенсию.

Если же ничего не делать и пустить все на самотек, то останется только вариант мигрантов. Причем обойтись без них будет нельзя – ведь если предприятия будут сокращать выпуск продукции из-за дефицита работников, то уменьшатся и отчисления в бюджет и в государства просто не найдется денег на содержание пенсионеров.

Ваше обращение было успешно отправлено!